| "Шерлок Холмс и доктор Ватсон" | 1 серия - "Знакомство" |
| 2 серия - "Кровавая надпись" | |
| "Приключения Шерлока Холмса и доктора Ватсона" | 1 серия - "Король шантажа" |
| 2 серия - "Смертельная схватка" | |
| 3 серия - "Охота на тигра" | |
| "Собака Баскервилей" | 1 серия |
| 2 серия | |
| "Сокровища Агры" | 1 серия |
| 2 серия | |
| "Двадцатый век начинается" | 1 серия |
| 2 серия |
| в гостиной 221b | |
| Холмс: | – Интересно, Ватсон, что вы скажете об этой трости? |
| Ватсон: | – Можно подумать, что у вас на затылке глаза. |
| Холмс: | – Дорогой друг, если б вы читали мою монографию об органах осязания у сыщиков, вы бы знали, что на кончиках ушей имеются такие тепловые точки. Так что глаз на затылке у меня нет. |
| Хадсон: | – Он видит ваше отражение в кофейнике. |
| Холмс: | (хохочет) |
| Ватсон: | – «Джеймсу Мортимеру, M.R.C.S., от его друзей по C.C.H.» и дата «1884 год». |
| Холмс: | – А каким вы представляете себе владельца этой трости? |
| Ватсон: | – Я думаю, что этот доктор Мортимер – медик средних лет. Я склонен думать, что это сельский врач. |
| Холмс: | – Почему? |
| Ватсон: | – Потому что его трость, некогда весьма недурная, так сбита, что я не могу представить её в руках городского врача. Потом, надпись. Я полагаю, что буквы «С.Н.» означают, по всей вероятности, охотничий клуб. |
| Холмс: | – Дорогой Ватсон. Вы в совершенстве познали мой дедуктивный метод. Но, увы. Ваши выводы в большинстве ошибочны. Такое подношение врач мог получить скорее от какого-нибудь госпиталя. Буквы «C.C.H.» наводят на мысль, что это был Чаринг-Кросский госпиталь. |
| Ватсон: | – Вполне может быть, вполне может быть. |
| Холмс: | – Пойдём дальше. Врач с солидной практикой вряд ли бы оставил Лондон. Скорее, это был куратор или практикант. Он переехал за город 5 лет назад – об этом говорит дата на надписи. И поэтому, дорогой Ватсон, ваш солидный пожилой врач испарился, а вместо него возник симпатичный молодой человек лет тридцати, нечестолюбивый, рассеянный, потому что именно такой человек мог просидеть целый час у нас в гостиной и к тому же забыть свою трость. Ну и – очень любящий свою собаку. Которая, судя по отметинам зубов на трости... крупнее терьера... и мельче мастифа. |
| Ватсон: | – Ха-ха-ха. Ну, что касается последнего пункта, то его нельзя проверить. |
| Холмс: | – Элементарно, друг мой. Это коккер-спаниель. |
| Ватсон: | – Коккер? Коккер-спаниель, говорите? |
| Холмс: | – Именно коккер! |
| Ватсон: | – Значит, именно коккер? Ха-ха-ха-ха-ха!... (слышен лай) |
| Хадсон: | – Мистер Холмс, явился вчерашний посетитель. Вчера он забыл палку, сегодня пришёл с собакой. |
| Мортимер: | – Ой... Какое счастье! А я всё думал, где я её оставил: здесь или в пароходстве. |
| Холмс: | – Подарок? |
| Мортимер: | – Да. |
| Холмс: | – От Чаринг-Кросского госпиталя? |
| Мортимер: | – Да, от коллег ко дню свадьбы. |
| Холмс: | – Ой, как скверно-то, а... |
| Мортимер: | – Я никак не ожидал, мистер Холмс, что у вас такой... удлинённый такой череп и такие выпуклые надбровные дуги! Ваш череп мог бы послужить украшением любого антропологического музея. |
| Холмс: | – Я польщён. |
| Мортимер: | – Считая вас вторым по величине европейским экспертом... |
| Холмс: | – Интересно. А кто, по-вашему, имеет честь быть первым? |
| Мортимер: | – Месье Бертильон пользуется авторитетом у людей с научным складом мышления. Но как практик вы не знаете себе равных, это признано всеми. Надеюсь, сэр, я не позволил себе излишней... |
| Ватсон: | – Так... Самую малость. |
| Мортимер: | – У меня в кармане лежит рукопись. Рукопись старинная. |
| Холмс: | – Середина восемнадцатого века. Если не подделка, конечно. |
| Мортимер: | – Поразительно! Как вы узнали? |
| Холмс: | – Разговаривая со мной, вы всё время показываете мне краешек рукописи. Дюйма три. Я датирую её... 1740-м годом. |
| Мортимер: | – Сорок второй! Эта фамильная реликвия отдана была мне на сохранение сэром Чарльзом Баскервилем, внезапная и трагическая смерть которого так взволновала весь Девоншир три месяца тому назад. Я был не только врачом, но и личным другом сэра Чарльза. Он был человек властный, умный и весьма практический. Однако относился серьёзно к этому документу. Рукопись совсем короткая. Если позволите, я прочту её. "Много есть свидетельств о собаке Баскервилей. Но, являясь прямым потомком Хьюго Баскервиля, и будучи наслышан о сей собаке от отца своего, а он – от моего деда, я положил себе записать сию историю и хочу, дети мои, чтобы вы уверовали: нет столь тяжкого проклятья, коего нельзя было бы искупить молитвой и покаянием. Случилось так, что наш предок Хьюго полюбил (если так можно назвать его тёмную страсть), полюбил дочь соседа-фермера. В глухую ночь он прокрался к ферме, зная, что отец и братья девицы в отлучке, украл её, спрятал в верхних покоях замка, а сам стал пировать с дружками внизу. Страх довёл девицу до того, что она отважилась на отчаянный поступок. Выбралась по карнизу, спустилась по плющу на землю и побежала через болота к отчему дому. Вскоре Хьюго оставил гостей, чтобы уединиться с пленницей. Но обнаружил, что клетка опустела и птичка вылетела на волю! И тогда его обуял дьявол. Хьюго приказал спустить собак, псы понеслись, он вскочил в седло и поскакал за сворой по болотной тропе. Собутыльники не сразу уразумели, из-за чего поднялась суматоха. Потом сели на коней и присоединились к погоне. Проехав милю или две, пьяные эсквайры увидели собак. Свора, славившаяся свирепостью, жалобно визжала, теснясь к ногам лошадей. Всадники остановились. В факельном свете открылась лужайка, посреди которой лежала бездыханная девица. И вдруг волосы зашевелились на головах протрезвевших гуляк. Над растерзанным телом Хьюго стояло мерзкое чудовище. Огромный, чёрной масти зверь, сходный видом с собакой. Чудовище повернуло к ним свою окровавленную пасть и сверкнуло горящими глазами. Никто не помнил, как вернулся домой. Провидению препоручаю я вас, дети мои, и заклинаю: остерегайтесь выходить на болота в ночное время, когда силы зла властвуют безраздельно." По-вашему, это не интересно, мистер Холмс? |
| Холмс: | – Интересно. Для любителей древностей. |
| Мортимер: | – Хорошо, мистер Холмс. Вот номер "Девонширской хроники" от 14 января этого года, где помещён краткий отчёт о событиях, связанных со смертью сэра Чарльза Баскервиля. "Смерть сэра Чарльза Баскервиля, возможного кандидата от партии либералов на предстоящих выборах, произвела очень тяжёлое впечатление на весь средний Девоншир. Будучи холостым и бездетным, сэр Чарльз не раз выражал намерение ещё при жизни облагодетельствовать своих земляков и у многих из здешних жителей есть личный повод оплакивать его безвременную кончину. Основываясь на данных медицинской экспертизы, присяжные на дознании вынесли вердикт: скоропостижная смерть." |
| Холмс: | – Ну и что? |
| Мортимер: | – Спокойно, Снуппи... Я не верю здесь ни единому слову! Там, в тисовой аллее, когда я осматривал тело покойного, я обнаружил следы! |
| Ватсон: | – Мужские или женские? |
| Мортимер: | – Это были следы ог-громной собаки. |
| Холмс: | – Кроме вас этих следов никто не видел? |
| Мортимер: | – Они были шагах в тридцати от тела, на них просто не обратили внимания. Я бы сам ничего не заметил, если бы не вспомнил легенду. |
| Холмс: | – Вы говорите, что следы очень большие? |
| Мортимер: | – Огромные. |
| Холмс: | – Но к телу сэра Чарльза они не приближались? |
| Мортимер: | – Нет. |
| Холмс: | – Если я вас правильно понял, в глубине аллеи есть калитка? |
| Мортимер: | – Да, и эта калитка ведёт на болота. |
| Холмс: | – Теперь, доктор Мортимер, ещё один важный вопрос. Это были единственные следы, кроме следов Баскервиля? |
| Мортимер: | – Нет, там были следы дворецкого Бэрримора, он первым обнаружил труп. |
| Холмс: | – Чрезвычайно интересно. Ещё один вопрос. Калитка была закрыта? |
| Мортимер: | – Не только закрыта, но и заперта на висячий замок. |
| Холмс: | – А около самой калитки было что-нибудь обнаружено? |
| Мортимер: | – Трудно было что-нибудь разобрать на утоптанном снегу. Сэр Чарльз, по-видимому, простоял у калитки минут пять-десять. |
| Холмс: | – Почему вы так думаете? |
| Мортимер: | – Потому что пепел дважды упал с его сигары. |
| Ватсон: | – Вы осмотрели тело? |
| Мортимер: | – Никаких признаков насилия. |
| Ватсон: | – А вскрытие? |
| Мортимер: | – Vitium cordis. |
| Ватсон: | – Угу. Застарелый органический порок сердца. |
| Холмс: | – Мы займёмся этим делом. |
| Мортимер: | – Мистер Холмс, есть некая область, где бессильны сыщики и полиция. Местные жители рассказывали мне, что ещё до трагической смерти сэра Чарльза видели на болотах чудовищное привидение. Они слово в слово повторяют описание того пса, о котором говорится в легенде. Верьте мне, вся наша округа охвачена ужасом. |
| Холмс: | – Я борюсь со злом по мере моих скромных сил, но выступать против самого прародителя зла было бы несколько самонадеянно с моей стороны. О чём вы меня, собственно, просите? |
| Мортимер: | – А я вас пока ещё ни о чём не просил. |
| Холмс: | – Зачем же вы пришли сюда, доктор Мортимер? |
| Мортимер: | – За советом. Скажите, как я должен поступить с сэром Генри Баскервилем, который прибудет на вокзал Ватерлоо ровно... через час с четвертью. |
| Холмс: | – Это наследник? |
| Мортимер: | – Да, он прибудет из Канады. |
| Холмс: | – Других претендентов на наследство нет? |
| Мортимер: | – Сэр Генри – последний из рода Баскервилей. |
| Холмс: | – Ждём вас вместе с наследником. И не пугайте сэра Генри раньше времени. |
| Хадсон: | – Мой покойный супруг говорил, что это самый подробный атлас Британии. Здесь, в этом томе, вы найдёте Девоншир. |
| Холмс: | – Благодарю вас, вы очень внимательны. |
| Хадсон: | – Да, это верно. Что же, ваш посетитель опять забыл свою трость?! |
| Холмс: | – Вот место, которое нас интересует. В середине находится Баскервиль-холл. |
| Ватсон: | – Заметьте, окружённый лесом. |
| Холмс: | – Тисовая аллея здесь не обозначена, но я думаю, она идёт параллельно болотам, справа. А вот эта небольшая группа строений – деревушка Гримпен, где, как я понимаю, находится штаб-квартира нашего нового знакомого, доктора Мортимера. Примерно в четырнадцати милях отсюда, вот здесь, – Принстаунская каторжная тюрьма. Ого! Жилых строений очень немного. И повсюду между ними простирается болото. Глухое местечко, Ватсон. Вы уже думаете об этом деле? |
| Ватсон: | – У меня оно не выходит из головы. |
| Холмс: | – Какие ваши соображения? |
| Ватсон: | – Запутанная история... |
| Холмс: | – Как это верно, Ватсон. |
| Генри: | – Хе-хе-хе-хе... О! Во. Вы кто? |
| Хадсон: | – Я миссис Хадсон, сэр. |
| Генри: | – А, очень приятно, здрасьте, здрасьте. Не-не-не, это седло, я его тут оставлю, вы ступайте, ступайте, ступайте. Кха! Кхм! Хе-хе-хе-хе... Здравствуйте, джентльмены. |
| Ватсон: | – Приветствуем вас в Великобритании. |
| Генри: | – Спасибо, мистер... Пфф, хи-хи-хи-хи... Здравствуйте, здравствуйте мистер Холмс! Я вас узнал. Вы знаете, легенды о ваших подвигах дошли до нас за океаном. А вы – доктор Ватсон. Вы знаете, я не знаток литературных стилей, но то, что вы пишете!... Ах, вы мои дорогие, я так счастлив! Только очень жарко в Лондоне. Вы знаете, я выехал две недели назад и там шёл дождь со снегом, а тут просто какие-то тропики! Боже мой, как... (далее неразборчиво) |
| Ватсон: | – Ваша трость. |
| Мортимер: | – Проклятая забывчивость. Добрый день. |
| Ватсон: | – Как вас встретила страна ваших предков? |
| Генри: | – Великолепно! Я... |
| Мортимер: | – Загадками. Письмо. |
| Генри: | – А, да-да-да-да. Я получил очень странное письмо. Причём, у меня никого знакомых в Лондоне, и тем не менее письмо оказалось у меня в номере. Ххи-хи-хи-хи, Шерлóк Холмс! |
| Мортимер: | – «Если рассудок и жизнь дороги вам, держитесь подальше от торфяных болот». |
| Генри: | – М? Хи-хи-хи-хи... |
| Мортимер: | – Анонимное. |
| Холмс: | – Слова «торфяных болот» написаны чернилами. Доктор Мортимер, что вы обо всём этом думаете? |
| Ватсон: | – Ну что ж, на этот раз, по-моему, нет ничего сверхъестественного? |
| Мортимер: | – Но, может быть, тот, кто посылал это письмо, верит в то, что это сверхъестественная история? |
| Генри: | – Какая история? Мне кажется, джентльмены, что вы знаете что-то больше, чем я, поэтому я хотел бы... |
| Холмс: | – Сэр Генри... В своё время мы во всё вас посвятим. |
| Генри: | – А, понял. |
| Холмс: | – Верьте моему слову. А сейчас, джентльмены, давайте займёмся этим любопытнейшим документом. Слова, конечно, взяты из передовицы «Таймс». Ватсон, у нас есть вчерашняя вечерняя «Таймс»? |
| Мортимер: | – Я читал вчерашнюю «Таймс», там нет ни слова о приезде сэра Генри. |
| Генри: | – И не могло быть ничего, потому что я только что приехал! |
| Холмс: | – Сэр Генри! Ммм... Скажите, доктор Мортимер, вы можете отличить череп негра от черепа эскимоса? |
| Мортимер: | – Это мой конёк. Надбровные дуги, лицевой угол и строение челюсти. |
| Холмс: | – У меня тоже есть свой конёк. Дело в том, что боргес на шпонах, которым набираются передовицы «Таймс», для меня так же отличается от слепого шрифта дешёвых вечерних листков, как для вас череп негра от черепа эскимоса. |
| Мортимер: | – Понимаю. |
| Холмс: | – Шрифт «Таймс» ни с чем невозможно спутать. |
| Ватсон: | – Значит, кто-то вырезал ножницами? |
| Холмс: | – Маникюрными ножницами. |
| Ватсон: | – Но почему последние слова написаны от руки? |
| Холмс: | – Это элементарно, Ватсон. Просто в передовице таких слов не было. |
| Мортимер: | – Что вы ещё можете сказать об этом? |
| Холмс: | – Ну, кое-что ещё сказать можно. Буквы наклеены неровно, из этого я заключаю, что автор письма спешил и волновался. И потом мне совершенно ясно, что письмо написано в гостинице. |
| Мортимер: | – Почему? |
| Холмс: | – Видите ли, доктор Мортимер, собственное перо и чернильницу редко доводят до такого безобразного состояния. Сэр Генри! Сэр Генри! |
| Генри: | – А? Что? |
| Холмс: | – Теперь ваша очередь. Скажите нам, с вами больше ничего необыкновенного не случалось в Лондоне? |
| Генри: | – Нет... Мистер Холмс, я ведь только приехал в Лондон. Ах, доктор Ватсон, вы знаете, я ведь большую часть детства и юности провёл в Соединённых Штатах, в Канаде... Там и учился... Слушайте, у меня же... У меня же ботинок пропал. Вы спрашивали, что-нибудь случилось – у меня же ботинок пропал! А? |
| Мортимер: | – Сэр Генри, ваш башмак найдётся. |
| Генри: | – Нет, я думал, может быть, интересно... |
| Мортимер: | – Просто засунули куда-нибудь и всё. |
| Генри: | – Нет, вы не подумайте, что мне жалко, джентльмены. Просто я только вчера купил их на Стрэнде и даже ни разу не успел надеть. |
| Ватсон: | – Вы выставили за дверь новые ботинки? |
| Генри: | – Нет... Они были просто светло-коричневого цвета. Я не очень люблю этот цвет, и поэтому оставил там записку, чтобы их помазали чёрной ваксой. Ну, чёрные чтоб были. |
| Ватсон: | – Но почему вы не купили чёрные ботинки? |
| Холмс: | – Почему, сэр Генри? |
| Генри: | – А... А... Что в этом странного? К чему вы клоните? Что вы хотите этим сказать, доктор Ватсон? А? |
| на лондонской улице | |
| Холмс: | – Ватсон, это становится любопытным. Взгляните направо. Попробуем рассмотреть этого человека. Чёрт возьми, он нас заметил. |
| Ватсон: | – Что это за человек? |
| Холмс: | – Понятия не имею. Вы хоть разглядели его лицо? |
| Ватсон: | – Бороду заметил. |
| Холмс: | – Я тоже. И, скорее всего, она фальшивая. |
| Ватсон: | – Соглядатай? |
| Холмс: | – Я думаю, да. За Баскервилем следят с самого его приезда в Лондон. Иначе откуда бы они знали, что он остановился в отеле «Нортумберленд»? |
| в отеле "Нортумберленд" | |
| Генри: | – За кого меня принимают в этой го-сти-ни-це! За дурачка?! За дурачка. Если этот болван не найдёт мой башмак, я устрою грандиозный скандал! |
| Холмс: | – Добрый день, джентльмены. Всё ещё ищете свою пропажу? |
| Генри: | – Здравствуйте, Холмс. У меня тоже есть чувство юмора, но это переходит всяческие границы. Вчера у меня пропал новый башмак, а сегодня стащили старый. Да ни в одной стране, ни в одной гостинице мира со мной не происходило ничего более странного и нелепого! Здравствуйте, Ватсон. |
| Ватсон: | – Доброе утро. |
| Холмс: | – Доктор Мортимер, вы заметили, что сегодня утром, когда вы вышли от нас, за вами следили? |
| Мортимер: | – Следили? Кто? |
| Холмс: | – Этого я вам, к сожалению, не могу сказать. Лучше постарайтесь вспомнить, нет ли у вас ближайших соседей в деревне или знакомых, кто носил бы бороду? |
| Мортимер: | – Впрочем... у Бэрримора, дворецкого покойного сэра Чарльза, такая окладистая борода. |
| Холмс: | – А где он сейчас? |
| Мортимер: | – В Баскервиль-холле. Дом оставлен на его попечение. |
| Холмс: | – Это легко проверить. Мы сделаем так. Пошлём две телеграммы. Одну – в Баскервиль-холл, Бэрримору. «Готовы ли приезду сэра Генри?» Другую – начальнику почты в Девоншире с просьбой вручить телеграмму Бэрримору в собственные руки. А в случае его отсутствия вернуть телеграмму сюда, в гостиницу. Кстати, что он из себя представляет? |
| Мортимер: | – Это пятое или шестое поколение Бэрриморов, которое живёт в Баскервиль-холле. |
| Холмс: | – Но сэр Чарльз что-нибудь ему оставил по завещанию? |
| Мортимер: | – Да. Ему и его жене было завещано по пятьсот фунтов. |
| Холмс: | – А Бэрримор знал об этом раньше? |
| Мортимер: | – Да, сэр Чарльз любил говорить о своих распоряжениях на случай смерти. |
| Холмс: | – Очень интересно. |
| Мортимер: | – Надеюсь, вы не станете подозревать всех, кто получил по распоряжению сэра Чарльза? Мне он тоже кое-что оставил. Около тысячи фунтов. |
| Холмс: | – А в какой сумме исчисляется всё наследство? |
| Мортимер: | – Миллион. |
| Холмс: | – Дорогой доктор Мортимер... За такой куш любой может начать рискованную игру. |
| Мортимер: | – Дааа... |
| Холмс: | – Теперь мне совершенно ясно, что если доктор Ватсон согласится составить вам компанию, сэру Генри будет значительно спокойнее в Баскервиль-холле. |
| Мортимер: | – Как, а вы?... |
| Холмс: | – Ну вы же знаете, Ватсон, что меня в Лондоне задерживают срочные дела. Вы будете писать мне ежедневные отчёты, ну а если случится кризисное положение – я, конечно, вырвусь к вам на помощь. |
| на лондонской улице | |
| Холмс: | – Пока у нас есть только одна зацепка. |
| Ватсон: | – Кэбмен? |
| Холмс: | – Да. |
| Ватсон: | – Жаль, что мы не успели заметить его номер! |
| Холмс: | – Не «мы», а «вы», дорогой друг. |
| в конторе Батлера | |
| Холмс: | – Здравствуйте, Батлер! |
| Батлер: | – Здравствуйте, сэр. |
| Холмс: | – Помнится, у вас работал мальчуган по имени Картрайт. Он проявлял большую сообразительность. |
| Батлер: | – Да, сэр. Он и сейчас у меня работает. |
| Холмс: | – Можно его позвать? |
| Батлер: | – Картрайт! |
| Холмс: | – И разменяйте мне, пожалуйста, пять фунтов. |
| Картрайт: | – Здравствуйте, мистер Холмс! |
| Холмс: | – Рад вас видеть, Картрайт! Дайте мне, пожалуйста, справочник лондонских гостиниц. Вот это – список двадцати трёх гостиниц в районе Чаринг-Кросса. |
| Картрайт: | – Да, сэр. |
| Холмс: | – Смотрите внимательно и запоминайте. Запомнили? |
| Картрайт: | – Да, сэр. |
| Холмс: | – Вы обойдёте подряд все эти гостиницы и в каждой будете давать швейцару по одному шиллингу. |
| Батлер: | – Прошу вас, сэр. |
| Холмс: | – Благодарю вас. Вот вам, Картрайт, 23 шиллинга. Вы скажете, что вам необходимо просмотреть мусорные корзины, куда вчера выбросили бумаги. Объясните это так: одну очень важную телеграмму доставили не по адресу. На самом деле вы будете искать статью в номере «Таймс», изрезанную ножницами. Вот эта статья. Запомнили? |
| Картрайт: | – Да, сэр. |
| Холмс: | – Прекрасно. Швейцары пошлют вас к коридорным. Этим коридорным вы ещё дадите по одному шиллингу. Ещё 23 шиллинга. Шансы невелики, но будем надеяться на удачу. На всякий случай – ещё 10 шиллингов. Вечером телеграфируйте мне на Бейкер стрит, как дела. Это всё. |
| Картрайт: | – Слушаюсь, сэр. |
| Холмс: | – А теперь нам остаётся запросить телеграфом о кэбмене номер 2704. |
| в гостиной 221b | |
| Хадсон: | – Прошу вас. |
| Кэбмен: | – Мне сказали в конторе, что по этому адресу интересовались номером 2704. Я седьмой год езжу, никогда никаких жалоб не слышал. Дай, думаю, сам зайду. Пусть мне в глаза скажут, в чём я таком провинился. |
| Хадсон: | – Вы ни в чём не виноваты, любезнейший. Наоборот, если вы будете отвечать на все вопросы, которые вам зададут в этом доме, вы получите от меня полсоверена. Я вас прошу за мной, пожалуйста, сюда. |
| Кэбмен: | – Вот уж не знаешь, где найдёшь, где потеряешь... |
| Холмс: | – Добрый день. |
| Кэбмен: | – Добрый день, сэр. |
| Холмс: | – Расскажите мне, пожалуйста, о вашем седоке, который сегодня наблюдал за этим домом в десять часов утра, а потом выслеживал по улицам двух джентльменов. |
| Кэбмен: | – Что ж я вам могу рассказать, когда вы сами всё знаете лучше меня? |
| Холмс: | – Опишите его наружность. |
| Кэбмен: | – Одет аккуратно, борода... чёрная. Больше я, пожалуй, ничего сказать не могу. |
| Холмс: | – Цвет глаз? |
| Кэбмен: | – Вот это я не приметил. |
| Хадсон: | – Две телеграммы, доктор Ватсон. |
| Ватсон: | – Спасибо. «Обошёл 23 гостиницы. К сожалению, изрезанной страницы не нашёл. Картрайт.» «Только что сообщили – Бэрримор дома. Баскервиль.» |
| Холмс: | – Обе мимо. Может быть, вы ещё что-нибудь заметили? |
| Кэбмен: | – Мой седок сказал, что он – сыщик, и не велел болтать. |
| Холмс: | – Интересно. Когда он вам об этом сообщил? |
| Кэбмен: | – Когда расплачивался. |
| Холмс: | – А больше он ничего не сказал? |
| Кэбмен: | – Он назвал свою фамилию. |
| Холмс: | – Замечательно! Ватсон, готовьте ещё полсоверена. Как его фамилия? |
| Кэбмен: | – Шерлок Холмс! |
| возле почты в Гримпене | |
| Мортимер: | – Здравствуйте, Перкинс! |
| Перкинс: | – Здравствуйте, доктор Мортимер. |
| Мортимер: | – Это Перкинс. |
| Генри: | – А, хорошо. |
| Перкинс: | – Здравствуйте, милорд. Но! |
| по дороге между дартмурских холмов | |
| Крестьяне: | – Новый хозяин приехал. |
| Мортимер: | – Перкинс, что это? |
| Перкинс: | – Из Принстаунской тюрьмы убежал арестант, сэр. Вот уже третий день, как его разыскивают. Выставили сторожевых на всех дорогах, да пока всё без толку. |
| Мортимер: | – А кто же он? |
| Перкинс: | – Полоумный Селден, который совершил убийство в Ноттинг-Хилле. Такой ни перед чем не остановится. Это вам не какой-нибудь мелкий воришка. |
| на подъезде к Баскервиль-холлу | |
| Мортимер: | – Вот и Баскервиль-холл! |
| Генри: | – Скажите, Мортимер, а дядя умер в этом парке? |
| Мортимер: | – Нет, в тисовой аллее. Она там, с другой стороны. |
| Генри: | – Да, места выглядят невесело, джентльмены. Ну ничего, не пройдёт и полугода – я думаю провести сюда электричество. Вы что-нибудь слышали о фонарях в тысячу свечей? Это изобретение Эдисона и Свена. |
| у дверей Баскервиль-холла | |
| Бэрримор: | – Добро пожаловать, сэр Генри, в Баскервиль-холл! |
| Мортимер: | – Нет, Бэрримор, вы ошиблись. |
| Ватсон: | – Errare humanum est. |
| Мортимер: | – Sancta simplicitas. Доктор сказал по латыни: человеку свойственно ошибаться. |
| Генри: | – Я ваш новый хозяин, Бэрримор. |
| в каминном зале Баскервиль-холла | |
| Генри: | – Ну что ж... Приблизительно так я и представлял себе родовое гнездо. Вот тут мои предки прожили пять веков... М? |
| Бэрримор: | – Когда прикажете подавать обед, сэр? |
| Генри: | – Эм... Простите, как вас... |
| Бэрримор: | – Бэрримор. |
| Генри: | – Скажите, Бэрримор, а когда вообще у вас принято обедать? |
| Бэрримор: | – Вечером. |
| Генри: | – Мы потерпим? Мы потерпим. |
| Бэрримор: | – Сэр Генри, мы с женой будем счастливы остаться здесь на первых порах, но при новых порядках вам, вероятно, потребуется большой штат. |
| Генри: | – А что вы называете новыми порядками, Бэрримор? |
| Бэрримор: | – Сэр Чарльз вёл уединённый образ жизни, весьма скромный. Вы, как я понимаю, собираетесь жить иначе. |
| Генри: | – Ну, насколько мне известно, ваши предки, Бэрримор, жили в течение нескольких веков в Баскервиль-холле. И я вовсе не намерен с первых шагов менять установившиеся традиции. Но всё-таки здесь как-то мрачновато! М? |
| Ватсон: | – Даа... |
| Ватсон: | – Трудно представить себе, что вечером эта комната навевала на нас такое уныние. |
| Генри: | – Нет. Я думаю, комната ни при чём. Полагаю, мы сами во всём виноваты. Приехали усталые, измученные, вот нам и показалось здесь всё таким мрачным. За ночь мы отдохнули, я лично прекрасно выспался, и всё остальное кажется весёлым. М? Что это, каша что ли? |
| Бэрримор: | – Овсянка, сэр! |
| Генри: | – Послушайте... м... э... |
| Бэрримор: | – Бэрримор, сэр. |
| Генри: | – Простите, Бэрримор, а нет ли чего-нибудь другого? Ну, я не знаю, котлет, мяса? |
| Бэрримор: | – Мясо будет к обеду, милорд. |
| Ватсон: | – Однако нельзя всё приписывать только нашему настроению. Вы не слышали в полночь чей-то плач – по-моему, женский? |
| Генри: | – Вам тоже показалось? Ха, вы знаете, я решил, что мне это просто почудилось. Действительно, где-то в полночь я проснулся, мне показалось, что кто-то плачет, но я решил, что это во сне. |
| Ватсон: | – Нет, я совершенно ясно слышал и уверен, что плакала женщина. |
| Генри: | – Так мы сейчас узнаем. Э... Как?... |
| Ватсон: | – Бэрримор. |
| Генри: | – Бэрримор! Пойдите, пожалуйста, сюда. Скажите, а кто мог в замке ночью плакать женским голосом, м? |
| Бэрримор: | – В замке всего две женщины, милорд. Одна – посудомойка, но она живёт в том крыле. А вторая – моя жена, но, уверяю вас, она не плакала. |
| Генри: | – Вероятно, нам послышалось. |
| на почте | |
| Почтмейстер: | – Конечно, сэр. Я доставил телеграмму мистеру Бэрримору, как и было указано. |
| Ватсон: | – А кто её относил? |
| Почтмейстер: | – Мой сынишка. Джеймс! |
| Джеймс: | – Да? |
| Ватсон: | – Ты доставил телеграмму в Баскервиль-холл мистеру Бэрримору? |
| Джеймс: | – Да. |
| Ватсон: | – И вручил её ему самому? |
| Джеймс: | – Нет, мистер Бэрримор был где-то на чердаке, и я вручил телеграмму его жене. |
| Ватсон: | – А самого мистера Бэрримора ты не видел? |
| Джеймс: | – Нет, сэр, я же сказал, что мистер Бэрримор был где-то на чердаке. |
| Ватсон: | – Угу. А откуда ты узнал, что он там был? |
| Почтмейстер: | – Ну жена-то должна знать, где он. Ведь телеграмма доставлена? А если произошла какая-нибудь ошибка – пусть мистер Бэрримор сам и жалуется. |
| на дороге через болота | |
| Стэплтон: | – Доктор Ватсон? Вы простите мою смелость, мы здесь народ не церемонный, и поэтому не дожидаемся официальных представлений. Вы может быть слышали обо мне от нашего общего друга, доктора Мортимера? Я Стэплтон из Меррипит-хауса. |
| Ватсон: | – Очень приятно. |
| Стэплтон: | – Очень приятно. Мы сидели у Мортимера, он мне показал вас из окна, когда вы проезжали мимо. Я решил представиться самолично. Ну, как сэр Генри? Мы здесь все очень боялись, что после печальной кончины сэра Чарльза наследник не захочет здесь жить. Надеюсь, эта история не внушила в нём такого панического, суеверного страха? |
| Ватсон: | – Какая история? |
| Стэплтон: | – Ха-ха-ха-ха... Это легенда о чудовищной собаке, которая преследует, якобы, род Баскервилей. Вы знаете о ней? |
| Ватсон: | – Да, знаю. |
| Стэплтон: | – А мистер Шерлок Холмс? Доктор Ватсон, ваши интересные рассказы об известном сыщике проникли и в наши края. А поскольку вы здесь, значит, мистер Шерлок Холмс заинтересовался этим делом. А мне любопытно узнать его точку зрения. |
| Ватсон: | – Шерлок Холмс в настоящее время занят другими делами. |
| Стэплтон: | – Угу. Поэтому вы ведёте расследование? Доктор Ватсон, если вам нужна моя помощь, я в вашем распоряжении. |
| Ватсон: | – Благодарю вас. Я гощу в доме сэра Генри и не нуждаюсь ни в чьей помощи. Всего доброго. |
| Стэплтон: | – До свидания. Правильно! Осторожность прежде всего! |
| в комнате сэра Генри | |
| Генри: | – В Лондоне... я принял решение одеваться как истинный англичанин. |
| Бэрримор: | – Хм. Хм-хм... Хм-хм... |
| Генри: | – Хе-хе-хе-хе... Поэтому все эти канадские чемоданы спрячьте куда-нибудь подальше. И, кстати, если вам пригодится что-нибудь из вещей – посмотрите. Может быть, вы возьмёте себе? |
| Бэрримор: | – Благодарю, это излишне. |
| Генри: | – Хотите, я вам подарю эту шубу? |
| Бэрримор: | – Нет, благодарю вас, сэр... |
| Генри: | – Ну я прошу вас, возьмите, она может вам пригодиться. |
| Элиза: | – Сэр Генри... Сэр Генри! Не слушайте его, сэр Генри. Конечно, если вы хотите нам подарить эту шубу, то мы её с удовольствием возьмём. |
| Бэрримор: | – Элиза! Элиза! |
| Элиза: | – Вы так добры, сэр Генри! Вы весь в вашего покойного дядюшку, нашего несчастного хозяина, добрейшего сэра Чарльза! Джон, ты же прекрасно знаешь, что она может кому-нибудь понадобиться... |
| Бэрримор: | – Элиза! Элиза! |
| Элиза: | – Я молчу, он всё равно ничего не понял. А... Это нам подарили. |
| Генри: | – Вы гуляли, Ватсон? А мы вот с Бэрримором багаж разбираем. |
| Ватсон: | – Скажите, Бэрримор, вы получали телеграмму от сэра Генри из Лондона о приезде? |
| Бэрримор: | – Получал, сэр. |
| Ватсон: | – Мальчик передал её вам в собственные руки? |
| Бэрримор: | – Да. То есть, нет. Я был в это время на чердаке, и телеграмму мне передала жена. |
| Ватсон: | – Вы сами написали ответ? |
| Бэрримор: | – Нет... Но я сказал жене, что ответить, и она... |
| Ватсон: | – Благодарю вас. |
| на дороге через болота | |
| Бэрил: | – Прошу вас, уезжайте в Лондон! Немедленно уезжайте! |
| Ватсон: | – Но почему я должен уезжать? |
| Бэрил: | – О, ради бога, поверьте моему слову. Не требуйте объяснений. Уезжайте, чтоб ноги вашей не было на этих болотах. |
| Ватсон: | – Но почему, почему? |
| Бэрил: | – Брат идёт. Не говорите ему ни слова. |
| Стэплтон: | – Рад приветствовать вас! Ах, это ты, Бэрил? |
| Бэрил: | – Ты запыхался, Джек. |
| Стэплтон: | – Я погнался за замечательным экземпляром – Cyclopides. Но у меня с собой ничего нет. Очень жаль. Вы уже познакомились? |
| Бэрил: | – Да, уже. Я говорила сэру Генри, что ещё рано любоваться красотами наших болот – орхидеи ещё не зацвели. |
| Стэплтон: | – Как ты думаешь, кто перед тобой стоит? |
| Ватсон: | – Нет-нет. Не награждайте меня чужими титулами. Я всего лишь друг сэра Генри, доктор Ватсон. |
| Стэплтон: | – Доктор Ватсон. |
| Бэрил: | – Значит, мы говорили с вами, не понимая друг друга. |
| Стэплтон: | – Доктор Ватсон, познакомьтесь с моей сестрой. |
| Бэрил: | – Я приняла доктора Ватсона за нашего соседа, а ему, вероятно, безразлично, цветут орхидеи или нет. |
| Стэплтон: | – Теперь вы знакомы с моей сестрой, и мы требуем, чтобы вы посетили нашу ферму, и немедленно. |
| Ватсон: | – Благодарю вас. Прошу. |
| в Меррипит-хаусе | |
| Стэплтон: | – Странное мы место выбрали, где поселиться? И всё-таки нам здесь хорошо. Правда, Бэрил? |
| Бэрил: | – Да, очень хорошо. |
| Стэплтон: | – Прошу вас. У меня была школа в одном из северных графств, но судьба обернулась против нас. В школе вспыхнула эпидемия, и трое мальчиков умерло. Нам так и не удалось поправить свои дела, и большая часть моего состояния безвозвратно потеряна. И всё-таки... Если бы не разлука с моими дорогими мальчиками, я бы радовался этой неудаче. Ибо для человека с моей страстью к ботанике и зоологии тут непочатый край работ. Просто непочатый. |
| Ватсон: | – Жить здесь скучно не столько вам, сколько вашей сестре. |
| Бэрил: | – Нет, я не скучаю. |
| Стэплтон: | – Что у нас сегодня с завтраком? Кофе в этом доме варю только я. Только я. Минутку. |
| Бэрил: | – Извините меня за глупую ошибку, доктор Ватсон. Прошу вас, забудьте всё, что я вам говорила, к вам это не имеет никакого отношения. |
| Ватсон: | – Я передам ваше предостережение сэру Генри. |
| Бэрил: | – Вы придаёте моим словам слишком большое значение, доктор Ватсон. Смерть сэра Чарльза потрясла нас с братом. Мы часто встречались с покойным. Он любил гулять по тропинке, которая ведёт к нашему дому. Вот. А теперь меня беспокоит приезд наследника сэра Чарльза. И я считала нужным предупредить его об опасности, которая ему угрожает. |
| Ватсон: | – А в чём же, по-вашему, эта опасность? |
| Бэрил: | – А вы знаете предание о собаке? |
| Ватсон: | – Я не верю в этот вздор! |
| Бэрил: | – А я верю. |
| Ватсон: | – Мне показалось, что вы не хотели, чтобы вас слышал ваш брат? |
| Бэрил: | – Мой брат не хотел бы, чтобы Баскервиль-холл пустовал. Это может повредить бедному люду, который живёт здесь, на болотах. Он страшно рассердился бы, если б узнал, что я стараюсь как-то повлиять на сэра Генри. |
| Стэплтон: | – Мы заняты научной работой, у нас большая библиотека и очень интересные соседи. Доктор Мортимер – очень начитанный человек... в своей области. Вот несчастный сэр Чарльз... Тоже был интересный собеседник. Прошу вас. Да... Мы с ним были близки. Я вам даже не могу передать, что для нас эта утрата. |
| Бэрил: | – Прошу вас. |
| Ватсон: | – Благодарю вас. |
| Стэплтон: | – Что вы скажете, может быть нам нанести визит сэру Генри? Ему это не помешает? |
| Ватсон: | – Я думаю, он будет рад познакомиться с вами. |
| на почте | |
| Почтмейстер: | – Вы всё пишете и пишете, а ваш друг всё не едет и не едет. Шерлок Холмс! Да... Тут без него не разобраться. Тёмная история, сэр. Очень тёмная. |
| на дороге через болота | |
| Стэплтон: | – Добрый день! |
| Ватсон: | – А, добрый день! |
| Стэплтон: | – Приветствую вас! Какие замечательные места! Эти болота никогда не примелькаются. А сколько тайн хранят! Мы приехали сюда года два назад, после приезда сэра Чарльза. Но я ведь натуралист, и я уже обследовал каждый здесь уголочек. А вот это – Гримпенская трясина. Вот попади туда человек или животное, один неосторожный шаг – и всё, конец. А я проникал в самое сердце Гримпенской трясины и возвращался живой, вот так. Ха-ха-ха, вот так. А вон, видите эти холмы? Там маленькие островочки, и там такие растения разные и бабочки, бабочки такие всякие. |
| Ватсон: | – Когда-нибудь я обязательно тоже попробую пройти туда. |
| Стэплтон: | – Ради бога, выбросьте это из головы. Забудьте об этом. Потому, что ваша гибель будет на моей совести. Вы оттуда живым не выйдете. Я почему позволяю себе туда ходить, потому что у меня есть целая своя система разных всевозможных примет. (слышен вой) |
| Ватсон: | – Тише! Слышали? |
| Стэплтон: | – Странные эти болота. |
| Ватсон: | – Что это такое? |
| Стэплтон: | – Фермеры утверждают, что так воет собака Баскервилей, когда ищет свою жертву. Сегодня что-то очень громко. |
| Ватсон: | – Но вы же образованный человек, как вы объясняете эти звуки? |
| Стэплтон: | – Ну, болота иногда издают странные звуки. То ли ил опускается, то ли вода поднимается. |
| Ватсон: | – Нет. Это был голос живого существа. |
| Стэплтон: | – Может быть. Вам никогда не приходилось слышать, как выпь кричит? Мда... |
| Ватсон: | – Что-то давно не видно нашего общего знакомого, доктора Мортимера. |
| Стэплтон: | – Он копается в каких-то могилах. (оба хохочут) |
| в каминном зале Баскервиль-холла | |
| Мортимер: | – Рад видеть вас в здравии и добром расположении духа. Какие новости, доктор Ватсон? |
| Ватсон: | – К счастью, никаких. |
| Мортимер: | – Ой, а я весь в переживаниях. С одной стороны, у меня большая радость: я раскопал курган в Длинной Низине и обнаружил там череп доисторического человека, для меня это большой праздник. А мистер Френкленд, местный сутяга, собирается подать на меня в суд за то, что я разрыл могилу без согласия на то ближайших родственников погребённого. (сэр Генри хохочет) Вот вы смеётесь, сэр Генри, а мне не до смеха, потому что ведь в наших английских законах при желании можно найти и такую статью, а мистер Френкленд мастер на эти дела. Иной раз по семь-восемь тяжб ведёт одновременно. |
| Бэрримор: | – Мистер и мисс Стэплтон! |
| Ватсон: | – Приветствуем вас в Баскервиль-холле! Вы, очевидно, часто бывали в этом доме? А мы вот с сэром Генри чувствуем себя здесь, как гости. |
| Стэплтон: | – Да, мы часто бывали здесь. Сэр Чарльз был очень гостеприимен. |
| Мортимер: | – Ваш дядюшка был душой нашего общества. |
| Бэрил: | – Вы надолго приехали в наши края? |
| Генри: | – Я думаю, я теперь уже отсюда никуда не уеду. |
| в комнате сэра Генри | |
| Генри: | – Послушайте, Ватсон... |
| Ватсон: | – Что? |
| Генри: | – И что, это всё? М? |
| Ватсон: | – Она сказала, что ещё рано любоваться красотами… болота… ми. Орхидеи ещё не зацвели. |
| Генри: | – А что она вам ещё сказала? А? |
| Ватсон: | – Она сказала, что беспокоится из-за приезда наследника. То есть, вас. |
| Генри: | – Не, но мне интересно, а что она ещё сказала про орхидеи? Вы знаете, это... такая... кхм... |
| Ватсон: | – Хм, орхидеи... Они ещё не зацвели. |
| Генри: | – А орхидеи ещё не зацвели... Что бы это значило, м? |
| Ватсон: | – Ну... Не зацвели, и всё. |
| в башне замка | |
| Ватсон: | – Что вы здесь делаете, Бэрримор? |
| Бэрримор: | – Ничего, сэр. Это окно. Я всегда проверяю на ночь, заперто ли. |
| Ватсон: | – Даже в башне? |
| Бэрримор: | – Да, сэр, во всём доме. |
| Генри: | – Послушайте-ка, Бэрримор! Довольно изворачиваться! Что вам здесь понадобилось? М? |
| Бэрримор: | – Я ничего дурного не делал, сэр. Я только посветил свечой в окошко и... |
| Генри: | – А для чего вы светили свечой в окошко, м? |
| Бэрримор: | – Не спрашивайте меня, сэр Генри. Не спрашивайте, клянусь вам, это не моя тайна, если бы это касалось только меня, клянусь вам... |
| Ватсон: | – Видимо, это условный знак. |
| Генри: | – В каком смысле? |
| Ватсон: | – В прямом. Сейчас мы проверим, будет ли на него ответ. |
| Генри: | – А! А! Ватсон! Вы, вы видели? Вы... А? Какой негодяй... Бэрримор, это же сигнал! Кто ваши сообщники? |
| Бэрримор: | – Это моё дело. |
| Генри: | – Кто ваши сообщники?! |
| Бэрримор: | – Это моё дело. |
| Генри: | – Говорите немедленно! |
| Бэрримор: | – Оно касается только меня, и я ничего вам не скажу. |
| Генри: | – В таком случае, вон отсюда! Вы уволены! Вон отсюда, Бэрримор! |
| Бэрримор: | – Слушаюсь, сэр. Видно, ничего не поделаешь. |
| Генри: | – Я выгоню вас с позором! Бэрримор, столько веков наши предки жили под одной кровлей, и теперь вы замышляете что-то против меня! |
| Элиза: | – Нет-нет сэр! Не против вас! Добрый вечер. |
| Генри: | – Здравствуйте. |
| Бэрримор: | – Вот, Элиза, чего ты добилась – нас увольняют. Можешь пойти и собрать вещи. |
| Элиза: | – А, я добилась! Нет, вы только послушайте, что он говорит! Сэр Генри, я вам лгать не буду. Впрочем, если в этом есть что-то дурное, то поверьте, мой муж это сделал только ради меня. Его избаловали с детских лет, ему потакали во всём, и конечно он вообразил, что ему всё дозволено, что весь мир существует только для его удовольствия. |
| Генри: | – Что вы говорите?... Ватсон, я не понимаю ничего! |
| Элиза: | – А когда он подрос, то в него словно бес вселился. Он разбил материнское сердце и смешал семейное имя с грязью. Чем дальше, тем хуже и хуже, от преступления к преступлению. Что его спасло от виселицы? Только милость божья! |
| Генри: | – Я ничего не понимаю. |
| Элиза: | – Сэр Генри, если б вы только знали, какой это был чудный ребёнок! Я вам могу показать его портрет в детстве, это был... |
| Генри: | – Не надо мне ничего показывать! Я не хочу... |
| Элиза: | – ...настоящий ангел! Он просто попал в дурную компанию. |
| Бэрримор: | – Её девичья фамилия – Селден, сэр. |
| Генри: | – Ну, очень хорошо, я не знаю! Ну и что? |
| Бэрримор: | – Селден – её младший брат. |
| Ватсон: | – Значит, убийца Селден – ваш брат? |
| Элиза: | – Да, сэр! Он погибает на болоте от голода, Джон подаёт ему знак, что еда приготовлена, а он показывает, куда её принести. Вот и всё. Мы каждый день надеемся, что он уйдёт, но пока он здесь, мы не можем его бросить. |
| Генри: | – Я ничего не понимаю! Пожалуйста, не понимаю ничего! Брат, болота... Какой обед может быть на болоте? Ну, забери... |
| Бэрримор: | – Элиза... Пойдём... Элиза! |
| Элиза: | – Мы, конечно, виноваты, сэр Генри, нам надо было сказать вам об этом раньше. Я говорила об этом Джону, но Джон сказал, что ничего не надо говорить, а я говорю: "Джон, надо сказать сэру Генри, а то сэр Генри на нас рассердится"... |
| Генри: | – Не понимаю ничего. Заберите эту женщину, Бэрримор. И не хочу я это всё слушать. Послушайте, доктор, а я ничего не понимаю. Всё-таки, объясните мне, о чём они сейчас тут говорили, м? |
| Ватсон: | – На болоте прячется её брат, убийца Селден. Они его кормят. |
| Генри: | – Да что вы говорите! |
| Ватсон: | – Очевидно, огонь только отсюда и виден. |
| Генри: | – Удивляюсь, как ему не страшно? Как вы думаете, это далеко отсюда? |
| Ватсон: | – Мили две, не больше. |
| Генри: | – Послушайте, давайте его поймаем! |
| Ватсон: | – Давайте. |
| Генри: | – И всё кончится! |
| Ватсон: | – Не кончится. |
| на каменоломне | |
| Ватсон: | – Вы хоть что-нибудь с собой прихватили? |
| Генри: | – У меня хлыст. |
| Ватсон: | – А у меня револьвер. |
| Генри: | – Стойте здесь, а я пойду налево. |
| Ватсон: | – А что бы сказал Холмс, помните? |
| Генри: | – А? |
| Ватсон: | – А "в ночное время, когда силы зла..." (слышен вой) |