История

ШЕРЛОК ХОЛМС

Успеху картины в немалой степени способствовало и то, что история про знаменитого английского сыщика и его друга – мировая классика, на которой, по словам Василия Ливанова, во все времена проверяется уровень актёрского мастерства. Не говоря уже о трепетном отношении и любви к этому литературному произведению самого артиста.

Василий Ливанов, актёр:

Мальчишкой, читая Конан Дойла, я, как и большинство подростков, был в мечтах Шерлоком Холмсом. Хотя я никогда не думал, что когда-нибудь буду играть роль этого роскошного мужика. С тех пор прошло много лет. Когда мне, уже опытному актёру, предложили роль великого сыщика, я не то чтобы вспомнил свою мечту – я понял, что никогда с ней не расставался. Боясь растерять чудесный мир, оказывается, бережно хранимый в душе все эти годы, я не стал перечитывать Конан Дойла. Мне, мальчишке сороковых годов, выпала неслыханная удача: всерьёз превратиться в Шерлока Холмса. Разве это не чудо?

«Только не перечитывать ни строчки, – твёрдо решил я. – Под взрослым, рассудочным взглядом хрупкая мечта может рассыпаться, исчезнет свежесть переживаний, детская вера в условия игры испарится…» А с другой стороны, годы, возраст окрасили мои мальчишеские восторги некоторой иронией. И вот это сочетание восторга перед героем и иронического отношения и родило стилистику всего фильма.

И только когда первые фильмы сериала прошли по экранам и мнение зрителей и критики было единодушно одобрительным, однажды вечером я решился раскрыть томик заветных рассказов Артура Конан Дойла. Прочёл знакомый шрифт заглавия «Собака Баскервилей», пробежал глазами первые строчки и только на рассвете закрыл книгу. Великий сыщик оставался верен нашей дружбе все эти долгие годы. Шерлок Холмс, доктор Ватсон и я снова пережили захватывающие приключения.

Игорь Масленников, режиссёр:

Нынче мир стал настолько детективным, что наивные истории о Холмсе и Ватсоне мне даже начинают нравиться. Ведь в этой наивности есть какая-то чистота, нравственность по сравнению с тем, что происходит в современном детективном жанре. В самом Холмсе поразительно то, что он, будучи любителем, а не официальным сыщиком, приходит на помощь слабым, попавшим в трудное положение. Иной раз его деятельность противоречила букве закона.

Для Холмса буква закона – второстепенна, а на первом месте – дух справедливости. Эта особенность, по-моему, до сих пор является единственной. Все остальные детективные персонажи, в том числе Мегрэ и Пуаро, в первую очередь озабочены доказательством вины и способами поимки виновных, там все развивается по законам чистой юриспруденции. А Холмс иной раз ловил и отпускал, поскольку считал провинившегося не преступником, а жертвой обстоятельств.

Василий Ливанов, актёр:

В отличие от своих предшественников, героев Эдгара По или Габорио, Шерлок Холмс предстаёт перед читателем совершенно живым человеком. Мы не только ясно представляем себе, как он выглядит, но скоро постигаем и характер великого сыщика и, восхищаясь его выдающимися способностями и сильными качествами, тут же подмечаем и слабости. Эти слабости в натуре Холмса нас не отталкивают, а скорее умиляют, и мы склонны великодушно извинить их любимому герою.

Конан Дойл не просто показал через Шерлока Холмса безграничные возможности человеческого разума, не просто популяризовал новые методы расследования преступлений. Он обогатил население планеты Земля ещё одним человеком и сделал этот так талантливо, что читатели всего мира дружно желают забыть о литературном персонаже и благодарно верить, что Шерлок Холмс – такой же, как они, живой человек. Особое положение этого литературного героя в мире людей остроумно определил известный американский актёр и режиссёр Орсон Уэллс: «Шерлок Холмс – это человек, который никогда не жил, но который никогда не умрёт».

Едва мы произносим «Шерлок Холмс», с языка просится ещё одно имя, неотделимое от первого, – доктор Ватсон.

Сразу же оговорюсь: современные переводчики пишут «Уотсон». Такой побуквенный перевод этой фамилии мне представляется неверным. Во-первых, он всё равно не даёт более «английского» звучания имени доктора по сравнению с написанием «Ватсон»; во-вторых, он напоминает казусное написание другого английского имени «Уильям» в сочетании с фамилией «Шекспир». Но если уж «Уильям», то тогда «Шейкспиа». Меня категорически не устраивает писатель «Уильям Шейкспиа». Предпочитаю, чтобы мои дети, внуки и правнуки читали в русском переводе великого английского поэта и драматурга Вильяма Шекспира.

А как же быть с написанием фамилии «Холмс», возразят знатоки, ведь в первых русских переводах друг «Ватсона» носил фамилию «Гольмц»!

Пагубную привычку Холмса к кокаину, которой его наградил Конан Дойл, Масленников решил опустить. А Василий Ливанов убежден: знай Конан Дойл (врач по профессии), какой бедой обернется кокаин для человечества, он ни за что не стал бы наделять такой привычкой своего героя.

Однажды Ливанов выступал в клубе КГБ. К нему подошел генерал и попросил прямо сейчас распутать одно сложное дело. Ливанов ответил: «Если актёр сыграл Карла Маркса, это ещё не значит, что он пишет продолжение «Капитала». Отшутился, прекрасно понимая, что навсегда останется Холмсом.

Василий Ливанов, актёр:

Случилось то, что, по словам моего крёстного отца – великого Василия Качалова, – бывает очень редко: актёр родил человека.

 

< >

 

последнее обновление на сайте – 1 апреля